Abv96.ru

Юридические консультации онлайн
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Доступ к юридической профессии в россии

Pro bono: что происходит в России и соседних странах

Институт «Право общественных интересов» (PILnet) занимается развитием практик pro bono в России с 2007 года. Три года назад в Москве прошел первый – и пока единственный – Российский форум pro bono с участием ФПА РФ и представителей нескольких региональных палат. В его преддверии в газете «Ведомости» была опубликована моя статья, где шла речь о будущем pro bono в связи с обсуждением реформы юридической профессии и «адвокатской монополии». Позволю себе процитировать главную мысль из той статьи:

«При проведении действительно важной реформы юридической профессии в стране нельзя забывать о том, что доступ к юридической помощи в результате должен как минимум не сузиться, а в идеале – постоянно расширяться. Оборотная сторона исключительных привилегий – ответственность перед обществом. И только сама (в будущем единая) юридическая профессия может взять на себя эту ответственность, публично заявить о ней и предпринять конкретные шаги для того, чтобы нуждающиеся в юридической помощи люди не были забыты (что, разумеется, не отменяет обязанности государства предоставлять минимальные гарантии оказания такой помощи наиболее нуждающимся)».

Сущность pro bono

Прежде чем говорить о том, изменилась ли с тех пор ситуация с юридическим pro bono в России (и остальном мире), хотел бы на всякий случай напомнить, о чем идет речь. Вот определение из декларации принципов pro bono Международной ассоциации юристов (2008):

«Оказание юридической помощи с тем же уровнем качества, который предоставляется коммерческим клиентам, без вознаграждения или ожидания вознаграждения и в связи с поддержкой малообеспеченных, уязвимых и оказавшихся на обочине жизни общества слоев населения, а также сообществ и организаций, предоставляющих им поддержку».

Таким образом, pro bono следует отличать от юридической помощи, субсидируемой государством (она тоже безвозмездна для получателя, но оказывающий ее адвокат получает вознаграждение за счет государства) в целях социальной поддержки самых нуждающихся или находящихся в сложной жизненной ситуации граждан.

Работа юриста на условиях «гонорара успеха» и других подобных условиях, когда получатель помощи, по сути, тоже не оплачивает юридические услуги из собственного кармана (используя для этого полученный в результате усилий юриста доход), – это тоже не pro bono, а скорее инвестиция юристом собственного времени и труда в надежде на вознаграждение.

На вопрос о том, можно ли считать pro bono различные другие виды безвозмездной деятельности юриста, не связанные непосредственно с оказанием юридической помощи (законодательная работа, преподавание и т. д.), лично у меня нет простого ответа – все зависит от того, в каких целях это делается.

Сущность pro bono заключается, на мой взгляд, в том, что это способ реализации юристом (или другим профессионалом) его социальной ответственности, профессиональный вклад в развитие общества, защиту прав нуждающихся сограждан, верховенство права и воплощение собственных идеалов и жизненных принципов. Наконец, в связи с усложнением форм юридической практики и активной ролью на юридическом рынке объединений юристов и адвокатов (в виде компаний, адвокатских бюро и так далее) эту социальную ответственность все чаще берут на себя не только отдельные юристы, но и такие объединения, выделяя часть своих финансовых и кадровых ресурсов на оказание юридической помощи на основе pro bono.

Тенденции распространения на постсоветском пространстве

Думаю, главное изменение в положении дел в сфере pro bono заключается в том, что предыдущая часть статьи показалась вам лишней (в свое оправдание могу только сказать, что эту статью я пишу тоже на основе pro bono, так что включение этой части объясняется не моим стремлением к увеличению количества печатных знаков, а желанием четко обозначить предмет разговора). И термин pro bono, и сама эта практика перестали быть для российского юридического – и не только – рынка экзотикой из американских сериалов. Полагаю, что это объясняется среди прочего бурным ростом волонтерства и благотворительности (как среди обычных людей, так и среди бизнеса) в российском обществе. Pro bono не стало и, наверное, вряд ли когда-нибудь станет «обязательным» – но точно стало хорошим тоном.

Мне неизвестно о существовании полноценных социологических исследований на эту тему, но в 2017 году Дмитрий Самигуллин и Гленн Коллини провели опрос среди 200 российских юристов («индивидуальных юристов и адвокатов, юристов и партнеров российских и международных юридических фирм»). Практически все опрошенные оказывали юридическую помощь на основе pro bono. Отвечая на вопрос о своей мотивации, респонденты характеризовали такую помощь либо как разновидность благотворительности, либо как проявление их профессиональной социальной ответственности. В качестве дополнительных назывались и более прагматические причины: «репутационные выгоды», «обучение сотрудников», «новые клиенты», «продвижение компании», «повышение конкурентоспособности», «показатель успешности компании».

Надо сказать, что к похожим результатам привел недавний опрос около 300 юристов и адвокатов постсоветских стран (за исключением России; наиболее активное участие в опросе приняли юристы и адвокаты из Азербайджана, Грузии, Казахстана, Молдовы и Украины), проведенный PILnet 1 . Более 60% опрошенных оказывали юридическую помощь pro bono за последние два года; в подавляющем большинстве случаев, как и в России, получателями помощи были физические лица. Практически все опрошенные считают, что каждый юрист должен делать такую работу время от времени. Интересно, что при этом в среднем 80% опрошенных считают, что реально оказывают помощь pro bono максимум четверть их коллег в стране (в российском исследовании подобного вопроса не задавалось, но мне кажется, что ситуация была бы аналогичной).

Повышение престижа практики pro bono в адвокатском сообществе

Мое гипотетическое объяснение разрыва между реальностью (60% юристов оказывают помощь pro bono) и мнением о ней юридического сообщества в целом («мало кто кроме меня это делает») состоит в том, что в наших странах отсутствуют возможности для обсуждения юристами их опыта и признания их заслуг в реализации социальной ответственности. Очевидно, что роль координационной и дискуссионной площадок было бы логично взять на себя профессиональным объединениям юристов и адвокатов – в случае России это ФПА РФ и региональные палаты адвокатов.

Как и в других постсоветских странах, в России этого пока почти не происходит. При написании этой статьи я специально просмотрел все существующие сайты региональных адвокатских палат. При этом я не ограничивался упоминанием термина pro bono – я искал сведения о любых возможностях получения или оказания безвозмездной юридической помощи вне рамок государственной системы бесплатной юридической помощи. Таких упоминаний удалось найти очень немного – в основном они касались разовых акций вроде всероссийского дня бесплатной юридической помощи.

Есть исключения: так, в Орловской области проводятся акции по оказанию юридической помощи лицам, отбывающим наказание, а в Брянской – недавно освободившимся из мест лишения свободы. В Астрахани палата организовала бесплатное консультирование «всех категорий граждан по любым правовым вопросам, за исключением связанных с предпринимательской деятельностью»; в некоторых других палатах (Ростовской области, Новгородской области, Республики Чувашия и др.) консультационная помощь также де-факто оказывается всем обратившимся – независимо от того, входят ли они в круг получателей субсидируемой юридической помощи в соответствии с федеральным и региональными законами.

Однако такая возможность для граждан обычно не афишируется. Кроме того, ни на одном сайте мне не удалось обнаружить информации о возможностях или существующих практиках оказания помощи pro bono в виде, например, судебного представительства. Не нашел я и упоминаний о поощрении адвокатов, активно оказывающих помощь гражданам на основе pro bono.

Таким образом, как и в других постсоветских странах, российские органы адвокатского самоуправления продолжают играть весьма ограниченную роль в продвижении практик pro bono и повышении их престижа в адвокатском сообществе. Более того, статус оказания юридической помощи на основе pro bono остается неурегулированным и неясным. Существуют определенные опасения относительно налоговых рисков как для юристов, ее оказывающих, так и для ее получателей. Некоторые адвокаты вообще считают заключение адвокатом соглашения об оказании доверителю юридической помощи pro bono невозможным.

В связи с этим интересно проанализировать опыт соседей. В Беларуси, где существует адвокатская монополия на судебное представительство, законодательство об адвокатуре прямо предусматривает, что юридическая помощь оказывается адвокатом возмездно, за исключением предусмотренных законодательством случаев, когда она оказывается «за счет средств коллегий адвокатов, республиканского и (или) местного бюджетов». Таким образом, если говорить о представительстве в суде, pro bono в Беларуси оказалось вне закона.

При разработке в прошлом году нового законодательства об адвокатской деятельности в Казахстане законодатель, наоборот, попытался полностью возложить на адвокатуру государственную функцию оказания бесплатной юридической помощи. В результате оказанного адвокатурой сопротивления этого сделать не удалось; принятый закон «Об адвокатской деятельности и юридической помощи» прямо предусматривает, что «оказание комплексной социальной юридической помощи является одной из форм реализации социальной ответственности и осуществляется добровольно». Однако при этом закон с неясными целями ограничивает категории лиц, которым такая помощь может оказываться (п. 2 ст. 19).

Эти два примера, на мой взгляд, иллюстрируют нередкое в нашем регионе явление, когда законодатель, желая поощрить развитие каких-либо социальных практик посредством установления для них правовых рамок, достигает обратного эффекта. Урегулирование статуса практик pro bono, безусловно, необходимо, но оно должно носить в первую очередь диспозитивный характер. Проще говоря, российские адвокаты, как и их коллеги в других странах, готовы оказывать помощь pro bono и уже ее оказывают – нужно только дать им возможность делать это открыто, легально и без опасений, тем более что государство в лице Министерства юстиции декларирует свою заинтересованность в развитии этого института.

1 Результаты опроса еще не опубликованы.

Экзамен по должности

Юристам придется сдавать квалификационный экзамен на право работать по профессии.

В целом настоящих специалистов по праву гораздо меньше, чем людей с соответствующими дипломами, и это настоящая беда. Что делается для исправления проблем, рассказал член президума Ассоциации юристов России, ректор Московской государственной юридической академии им. Кутафина Виктор Блажеев.

Российская газета: Начнем с главного: в правовом сообществе ходят слухи, что уже в ближайшее время может быть введен экзамен для всех юристов на доступ к профессии.

Виктор Блажеев: Это не слухи. Подготовительная работа уже начата. Наша академия принимает участие в разработке механизма сертификации юристов. Первое обсуждение проекта документа состоялось в ноябре.

РГ: Однако зачем вводить единый квалификационный экзамен для выпускников юридических вузов? Разве диплома мало?

Блажеев: Диплом — это документ, подтверждающий получение высшего профессионального образования по специальности (направлению) юриспруденция. Квалификационный экзамен является допуском в юридическую профессию, для занятия которой необходимы не только знания, но и практический опыт, профессиональные навыки. В этом смысле идея введения квалификационного экзамена для занятия определенных юридических должностей представляется продуктивной.

РГ: Быть может, стоит вводить испытания при выборе конкретной юридической профессии?

Блажеев: Действительно, сегодня экзамен сдают комиссиям, созданным в системе судов, адвокатуры, нотариата. Успешная сдача экзамена является одним из условий, чтобы занять ту или иную должность или получить лицензию на занятие определенной деятельностью. Вместе с тем, такая практика не носит повсеместного характера. Например, для занятия должности в органах прокуратуры сдача такого экзамена не предусмотрена. Предполагается, что разработка и внедрение независимого механизма приема единого квалификационного экзамена позволит повсеместно повысить качество подбора и формирования кадрового состава судов, правоохранительных органов, министерств и ведомств. В то же время функционирование такого механизма окажет влияние и на качество подготовки юристов в образовательных учреждениях.

Читать еще:  Акт об оприходовании материальных ценностей (форма М-35)

Магистр общего профиля

РГ: В какой сфере дипломированному юристу будет достаточно степени бакалавра?

Блажеев: Разделение на бакалавриат и магистратуру может усложнить поиск работы для бакалавров из-за психологии работодателей. Велика вероятность, что человека с таким дипломом будут воспринимать как некий «полуфабрикат» и искать магистров даже на те позиции, где магистерское образование в реальности не требуется.

РГ: Тем не менее скоро у нас появятся первые юристы-бакалавры.

Блажеев: Вопрос, так ли необходимо было вводить двухуровневую систему, непрост. С одной стороны, признание отечественного диплома на Западе открывает большие перспективы перед выпускниками. С другой стороны, ради вхождения в «болонский процесс» разрушается сложившаяся в стране классическая система подготовки специалиста. Полагаю, все недостатки нашего образования можно было устранить и в рамках традиционно сложившейся в России системы. Кроме того, необходимо учитывать специфику профессий. Отечественный юрист никогда не будет широко востребован за рубежом, потому что его подготовка всегда основана на национальном праве. Невозможно подготовить универсального специалиста, который мог бы практиковать в любом государстве.

РГ: Выход один: бакалаврам обязательно, так сказать, строем дружно идти в магистратуру? Магистр, ведь это по определению более сильный и образованный юрист, чем выпускник прежней системы специалитета?

Блажеев: Большая проблема то, что в законе не прописано, какое именно образование должен иметь человек, поступающий в юридическую магистратуру. На данный момент это может быть кто угодно — от химика до режиссера. За два года они получат определенную сумму знаний, но стать настоящим юристом за это время нереально. Это может привести к дальнейшей девальвации профессии.

Спец по узким законам

РГ: Какие юридические специальности, по оценке МГЮА имени О.Е. Кутафина, будут востребованы в ближайшее время?

Блажеев: В настоящее время растет потребность в юристах с узкой специализацией. Правовые отношения усложняются, и для полноценной работы в какой-либо сфере необходимо все более глубокое погружение в специфику. Академия активно развивает систему институтов, готовящих не юристов широкого профиля, а тех, кто намерен работать по конкретной специализации. Например, у нас функционирует Институт финансового и банковского права, Институт энергетического права. В ближайших планах открытие новых институтов в соответствии с потребностями рынка труда. В частности, мы видим на рынке большую потребность в специалистах по интеллектуальной собственности и планируем открытие соответствующего института.

РГ: Наверное, это приятная для абитуриентов новость: не надо будет зубрить учебники по всем отраслям права, да еще философии, истории и многому другому. Достаточно вникнуть в свою специальность.

Блажеев: Узкая специализация ни в коем случае не отменяет фундаментальной теоретической подготовки, которой у нас уделяется очень большое внимание. Московской государственной юридической академии им. Кутафина в этом году исполняется 80 лет, и с самого момента образования особенностью программ является сочетание традиций теоретического образования с новейшими тенденциями в области технологий и методов обучения. Только таким образом можно идти в ногу со временем.

РГ: Каков социальный состав студентов МГЮА им. Кутафина. Много ли приезжих? Каким вуз видит идеального первокурсника?

Блажеев: С введением ЕГЭ география наших студентов изменилась. Если раньше соотношение москвичей и учащихся из других регионов было примерно 60 на 40, то теперь все наоборот.

Главным качеством будущего студента мы считаем умение мыслить самостоятельно. Если его нет, то вместо юриста мы получим толмача. Кроме того, важно такое качество, как неравнодушие к будущей профессии и к людям в целом. Юрист, вопреки распространенному стереотипу, работает не с бумагами, а с людьми. Даже тогда, когда работает с бумагами, это рано или поздно отразится на людях, и в идеале человек должен сразу понимать это.

РГ: А теперь поговорим о приятном — вашем юбилее. С чем академия входит в новое, девятое десятилетие?

Блажеев: Преддверие юбилея — хорошее время, чтобы оглянуться назад и оценить достижения. За 80 лет был пройден огромный путь: от заочных курсов до одного из ведущих юридических вузов. Особенно много изменений произошло за последние два десятилетия: в полностью заочном институте появилось дневное обучение, существенно расширились учебные программы.

Главным инициатором этих изменений был Олег Емельянович Кутафин, занявший пост ректора ВЮЗИ в 1987 году. Он возглавлял вуз два десятилетия. Я горжусь тем, что учился у этого человека, работал с ним и сейчас продолжаю его дело. Думаю, он был бы рад видеть академию такой, как сейчас.

В новое десятилетие своей истории академия вступает с обширными планами на будущее. Планируется открытие новых институтов и введение новых учебных программ. Кроме того, ведется активная работа по внедрению в процесс учебы новых технологий.

Различные электронные носители и интернет-ресурсы из редких новинок превратились в элемент повседневности. Нельзя игнорировать технический прогресс, если мы хотим выпускать практиков, а не теоретиков.

РГ: Как, на взгляд представителей юридической науки, повысить качество судейского корпуса? Что важнее — вводить особые процедуры отбора, специальные программы подготовки и переподготовки или еще при обучении будущего судьи в вузе вводить новые программы?

Блажеев: «Учить на судью» в вузе — в корне неправильный подход! Должность судьи — вершина карьеры для юриста. Занимать ее, на мой взгляд, было бы правильно только зрелому человеку с большим опытом правовой работы. Ведь для судьи самое главное не столько знание закона, сколько умение применять его на практике, так как в процессе судопроизводства выявляется много различных обстоятельств, требующих профессиональной оценки. В общем, необходимо не только знание законов, но и жизненный опыт. Человек должен пройти определенную жизненную школу (поработать прокурором, адвокатом, юрисконсультом — в общем, изучить жизнь не по учебнику), и только тогда его можно считать готовым к судейству. То, что судьей сейчас можно стать в 25 лет практически без особого опыта работы, неправильно и подрывает авторитет судебных органов в принципе. Для улучшения качества работы судейского корпуса необходимо сосредоточиться на программах переподготовки тех, кто уже работает в этой сфере.

Профессиональные разговоры в пользу бедных

Когда мы разместили информацию о первом Российском форуме pro bono в профессиональном сообществе юристов в Facebook, один из его членов разразился гневным постом, в котором, в частности, назвал это мероприятие «лицемерным балаганом». К нему присоединились некоторые другие юристы, позицию которых вкратце можно сформулировать так: pro bono – это доброе, богоугодное дело, что-то вроде милостыни, а добрые дела надо делать, а не разговаривать о них. Попробую объяснить, почему, как мне кажется, о pro bono в России можно и нужно разговаривать – особенно сейчас.

Несколько лет тому назад после долгих обсуждений и переписываний был принят закон «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации», который впервые создал что-то вроде системы бесплатной юридической помощи нуждающимся по неуголовным вопросам (защита по назначению, хотя и вызывает во многом справедливую критику, так или иначе существует и финансируется довольно давно). Принятию закона предшествовал пятилетний эксперимент Минюста, в рамках которого в 10 регионах действовали государственные юридические бюро; сотрудники бюро оказывали помощь по любым неуголовным вопросам людям, величина дохода которых была меньше прожиточного минимума, а также некоторым другим категориям нуждающихся граждан. Закон предусматривает минимальные гарантии такой помощи, позволив регионам самим определять способы реализации этих гарантий (но и возложив на них финансирование соответствующих программ). К сожалению, закон сузил критерии предоставления бесплатной юридической помощи – она теперь предоставляется только по некоторым (по мнению разработчиков закона, наиболее социально значимым) неуголовным вопросам. Есть регионы, где критерии впоследствии были расширены – и по категориям дел, и по категориям граждан, – но в целом они остались похожими. Где-то бесплатную помощь оказывают госюрбюро, где-то – адвокаты, где-то – и те и другие.

Очевидно, что огромное количество людей, доход которых чуть или даже не чуть выше прожиточного минимума, не в состоянии оплатить по рыночным ставкам юридическую помощь, если это что-то более серьезное, чем простая консультация. И если в больших городах, где есть НКО, благотворительные проекты, юридические клиники при вузах и т. д., эта проблема стоит не так остро, то за их пределами юридическая помощь для многих просто недоступна.

В последние годы осознание юридическим бизнесом и частью – пока небольшой – адвокатуры своей социальной ответственности в виде оказания юридической помощи безвозмездно (т. е. без оплаты в том числе и государством), на волонтерских основах растет. Помощь pro bono оказывают не только офисы крупных международных компаний, для большинства из которых выделение части времени на такие проекты – политика, действующая во всех офисах, где бы они ни находились, но и небольшие российские фирмы, причем не только в столицах, но и, например, в Екатеринбурге, Новосибирске, Ростове, Самаре, Челябинске. Однако в связи с тем, что основная задача этих фирм – правовое сопровождение бизнеса, то и находятся они, как видим, в крупных городах, а помощь им комфортнее оказывать не гражданам, а благотворительным и другим некоммерческим организациям – что, безусловно, само по себе очень ценно, но не решает проблему доступа к юридической помощи малоимущих и других социально уязвимых граждан.

Помочь здесь могут в первую очередь адвокаты. Вероятно, некоторые или даже многие из них это делают – информацию об этом получить практически неоткуда, в том числе из-за вышеописанного нежелания распространяться о своих добрых делах, а также из-за того, что почти никто такую информацию собирать не пытается. Исключений мало, но они есть: в некоторых регионах адвокатские палаты стали создавать у себя координационные центры, которые распределяют запросы на помощь pro bono, когда бесплатную помощь невозможно оказать по закону (с оплатой труда адвоката из бюджета субъекта). Они также стараются поощрять pro bono силами адвокатов – так, в Ульяновске присуждается ежегодная премия «Юрист Pro Bono».

Уже несколько лет обсуждается реформа юридической профессии, больше известная как «адвокатская монополия», хотя участвующие в обсуждении представители адвокатуры это словосочетание очень не любят. Перед самым Новым годом проект соответствующей концепции был направлен в правительство; проект откладывает разработку собственно законодательства для реализации реформы еще на год. Вкратце суть предлагаемой адвокатурой и Минюстом реформы сводится к тому, что осуществлять представительство в суде, а также оказывать некоторые другие виды юридической помощи (с последним пока ясности нет) смогут только адвокаты. Поскольку сейчас по неуголовным делам это может делать буквально кто угодно, то желающие продолжать оказывать юридическую помощь на постоянной основе должны будут приобрести адвокатский статус, при этом для уже имеющих определенный стаж юридической практики будет предусмотрен облегченный порядок его приобретения.

Читать еще:  РАБОТА ПО СОВМЕСТИТЕЛЬСТВУ

Концепция реформы с самого начала вызвала бурное недовольство «неурегулированной» части юридической профессии – так называемого консалтинга или юрбизнеса. Некоторые представители этого сектора публично обвиняли Федеральную палату адвокатов (ФПА) в стремлении устранить конкурентов и подчинить себе финансовые потоки, а правительство – в попытках «выстроить адвокатскую вертикаль». ФПА отвечала на это, что в той или иной степени юридические услуги монополизированы в большинстве стран мира: в силу высокой общественной значимости этой сферы их могут оказывать только профессионалы, прошедшие экзамен на допуск к практике и подчиняющиеся единым для всех нормам профессиональной этики. В конце прошлого года инициативная группа представителей российского юрбизнеса провела серию встреч с ФПА для подготовки совместных предложений по концепции реформы – эти предложения касались в основном модернизации законодательства об адвокатуре, с тем чтобы сложившиеся практики юридического консалтинга смогли встроиться в новую систему и существующие на рынке компании относительно спокойно продолжили бы работать дальше (основные проблемы тут – не «заточенная» под современный бизнес структура адвокатских образований, запрет на наемный труд адвокатов, почти абсолютный запрет на рекламу и т. д.). Часть этих предложений, ставших плодом трудных компромиссов, впрочем, в концепцию не вошли, к большому разочарованию участников, но процесс далек от завершения, а площадка для диалога уже существует, так что есть надежда, что реформа все же учтет интересы юридического бизнеса.

К сожалению, это сложно сказать об интересах других заинтересованных сторон – в диалоге пока никак не участвовало общество как таковое в лице, например, правозащитных и других некоммерческих организаций, оказывающих безвозмездную юридическую помощь нуждающимся или, по крайней мере, понимающих их потребности. В проекте концепции о проблематике доступа к юридической помощи говорится, но лишь в самых общих словах: «Для дальнейшего развития системы бесплатной юридической помощи необходимо будет предусмотреть в законодательстве стимулы для оказания адвокатами бесплатной, качественной и доступной юридической помощи социально незащищенным слоям населения».

Между тем существующее регулирование не только не помогает, но скорее мешает адвокатам оказывать помощь на основе pro bono. Например, адвокат обязан подписать соглашение с доверителем, причем существенным условием такого соглашения является размер вознаграждения адвоката – либо указание на то, что помощь «оказывается бесплатно в соответствии с федеральным законом «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации». Этот закон, в свою очередь, позволяет адвокату оказывать бесплатную помощь в рамках либо описанной выше государственной системы (и тогда он получает за нее вознаграждение от государства), либо так называемой негосударственной системы юридической помощи, но в таком случае он как адвокат не может, например, осуществлять представительство доверителя в суде.

Сегодня юридическую помощь (в том числе в виде судебного представительства) по неуголовным делам может оказывать кто угодно, поэтому описанная проблема не имеет особого практического значения и адвокат может делать все то же самое в качестве просто представителя (хотя известны случаи, когда судьи проверяют представителя по реестру адвокатов и, если обнаруживают его в этом реестре, требуют, например, предоставить ордер). Но когда право осуществлять судебное представительство будет предоставлено исключительно адвокатам, при условии что указанная коллизия не будет устранена, может получиться, что получить помощь в виде представительства в суде на основе pro bono станет просто невозможно.

Эта ситуация – частность, которая, однако, иллюстрирует общую проблему: при проведении действительно важной реформы юридической профессии в стране нельзя забывать о том, что доступ к юридической помощи в результате должен как минимум не сузиться, а в идеале – постоянно расширяться. Оборотная сторона исключительных привилегий – ответственность перед обществом. И только сама (в будущем единая) юридическая профессия может взять на себя эту ответственность, публично заявить о ней и предпринять конкретные шаги для того, чтобы нуждающиеся в юридической помощи люди не были забыты (что, разумеется, не отменяет обязанности государства предоставлять минимальные гарантии оказания такой помощи наиболее нуждающимся).

Об этих конкретных шагах мы поговорим на первом Российском форуме pro bono, который пройдет в Москве 13 апреля.

Автор – директор российского филиала института «Право общественных интересов»

КПМГ совместно с ПМЮФ представляет отчет, посвященный ожиданиям бизнеса от юридической профессии

Цель исследования – сформировать представление об актуальном уровне удовлетворенности работодателей качеством кандидатов, выявить компетенции, наличие которых является критическим для успешного кандидата, оценить текущий уровень доступности таких компетенций для работодателя на российском юридическом рынке.

По теме

КПМГ опросила более 100 юристов управленческого уровня, чтобы понять их ожидания от кандидатов, претендующих на позиции в юридических командах. Согласно ответам респондентов, при наборе сотрудников компании особенно обращают внимание на:

  • Вуз, в котором кандидат получил образование. Тройку лидеров возглавляет МГУ, за которым с незначительной разницей между собой следуют СПБГУ и МГЮУ им. О.Е. Кутафина.
  • Умение логически правильно изложить мысль и внимание к деталям. Неудивительно, что 79% руководителей юридических департаментов отметили, что не будут рассматривать резюме, которое свидетельствует об отсутствии данных качеств у кандидата. Вторым по значимости критерием является способность кандидата коротко и емко представить свой профессиональный опыт – данное требование к резюме предъявляют 44% респондентов.
  • Самообразование. 73% респондентов назвали самообразование в качестве наиболее значимого достижения кандидата, которое обратит на себя внимание при прочтении резюме. Это может свидетельствовать о заинтересованности руководителей иметь в команде целеустремленных, компетентных и развивающихся профессионалов.

Как показывает опрос, работодатели активно используют внешние источники информации для формирования представления о личности кандидата. Около половины всех опрошенных отметили, что они запрашивают информацию о кандидате с предыдущего места работы, а также перепроверяют сведения, полученные от кандидата в ходе интервью. Каждый четвертый респондент подтвердил, что он формирует свое мнение с учетом анализа сведений о кандидате в социальных сетях.

В то же время устное интервью остается основным методом подтверждения того, соответствует ли кандидат заявленным профессиональным требованиям. При этом лишь треть опрошенных используют дополнительные методы проверки, такие как письменное тестирование или написание эссе.

С полным текстом исследования вы можете ознакомиться здесь.

© 2020 КПМГ означает АО «КПМГ», ООО «КПМГ Налоги и Консультирование», компании, зарегистрированные в соответствии с законодательством Российской Федерации, и КПМГ Лимитед, компанию, зарегистрированную в соответствии с Законом о компаниях (о. Гернси) с изменениями от 2008 г.; участников глобальной организации независимых фирм КПМГ, входящих в KPMG International Limited, частную английскую компанию с ответственностью, ограниченной гарантиями своих участников. Все права защищены.

Доступ к юридической профессии в россии

Все образовательные программы УГН подготовки «Юриспруденция», реализуемые Юридическим институтом, прошли профессионально-общественную аккредитацию

  • Главная
  • О ЮИ
    • Основные сведения
    • Структура
      • Руководство института
      • Ученый совет
      • Кафедры
      • Международные отношения
      • Отделение Таможенного дела
      • Отделение юриспруденции
      • Отделение соц. работы
      • ОСП
      • Юридическая клиника
      • Центр ДО
      • Центр медиации
    • Преподаватели
      • История ЮИ в лицах
      • Доктора наук
      • Кандидаты наук
      • Без степени
    • Выпускники
    • Наши партнеры
    • Документы
    • Мы в СМИ
    • Контакты
  • Новости
    • Объявления
    • От дирекции
    • Анонсы
      • Прошедшие мероприятия
    • Новости науки
    • Студенческая жизнь
    • Конкурсы и гранты
    • Образование
    • Ученый совет
    • Юридическая клиника
    • Кружки
  • Наука
    • Учебники
      • 2014
      • 2015
    • Олимпиады по праву
      • Студенческие олимпиады
      • Олимпиады школьников
    • Конференции вузов
    • Основные сведения
    • Электронная библиотека
      • Кафедра уголовного процесса
      • Кафедра теории государства и права
      • Кафедра деликтологии и криминологии
      • Сборники ЮИ
      • Кафедра коммерческого, предпринимательского и финансового права
    • Научные школы
    • Аспирантура
    • Статьи в журналах
      • 2014 год
      • 2008 год
      • 2009 год
      • 2010 год
      • 2011 год
      • 2012 год
      • 2013 год
    • Монографии
      • 2013
      • 2014
      • 2015
      • 2017
      • 2006
      • 2007
      • 2008
      • 2009
      • 2010
      • 2011
      • 2012
    • Конференции
      • Енисейские политико-правовые чтения
      • Енисейские правовые чтения
      • Иные конференции
    • Конкурс им. Ф. Джессопа
  • Выпускники
    • Юриспруденция
    • Социальная работа
    • Магистратура
    • Международные отношения
    • Таможенное дело

Календарь новостей

Анонсы

  • «Модель Международного уголовного суда» ищет новых участников

Конкурсы и гранты

  • ЛИГА НАУЧНЫХ КВИЗОВ
  • Начался прием работ на соискание премии Правительства РФ в области образования
  • Кутафинская олимпиада школьников по праву в 2020-2021 учебном году
  • Право Арктики: проблемы теории и практики
  • ЕЖЕГОДНЫЙ КОНКУРС НАУЧНЫХ РАБОТ, ПОСВЯЩЕННЫХ ИСТОРИИ ОБРАЗОВАНИЯ, РАЗВИТИЯ ИНСТИТУТА СУДЕБНЫХ ПРИСТАВОВ В РОССИИ И СОВРЕМЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ СУДЕБНЫХ ПРИСТАВОВ

Требуются юристы

  • Требуется специалист по документационному обеспечению в Юридический институт. Кафедра иностранного права и сравнительного правоведения.
  • Министерство Юстиции Красноярского края приглашает выпускников ЮИ СФУ принять участие в конкурсе
  • Сибирское юридическое агенство приглашает студентов 3-4 курса
  • С 1 июля 2020 года приглашаем на службу в органы принудительного исполнения в Главное Управление Федеральной службы судебных приставов по Красноярскому краю
  • Мероприятие «Профстарт» от компании НОРНИКЕЛЬ

Профессиональные навыки юриста. Теперь доступ для всех

Цифровизация образования — сегодня это один из современных трендов. Ведущие университеты мира выкладывают в открытый доступ тысячи дистанционных онлайн-курсов, доступных из любой точки мира. Юридическая клиника Юридического института СФУ старается следовать современным веяниям.

Ведь дистанционные формы открывают доступ к культуре тем, у кого он существенно затруднён. А также выступают хорошим подспорем для тех, кто учит и учится в университете непосредственно, встречаясь в аудиториях. Ведь такие формы позволяют ученику перечитать, пересмотреть, поставить лектора на паузу, послушать его ещё раз, а особо смелым — задать лектору вопрос и тут же получить ответ, ответ, который будет доступен всем тем, кто подключён к электронному курсу. Образовательные коммуникации становятся обширнее и плотнее, а также приобретают новые формы.

Юридическая клиника в своей системе имеет специальный курс, который направлен на овладение студентами основными умениями, необходимыми для решения профессиональных юридических задач. Имя этому курсу «Профессиональные навыки и этика юриста». Он готовит к юридической клинике и юридической профессии и по сути своей выступает первым классом школы профессионального мастерства. В рамках этого курса студенты учатся работать с клиентами, интервьюировать и консультировать, анализировать дела и вырабатывать позицию по делу, реализовывать её посредством составления юридических документов, участия в судебных разбирательствах, допрашивая и выступая в прениях. И если раньше соответствующий материал был доступен только студентам специальности «Юриспруденция», пришедшим в аудиторию юрфака, то сейчас он стал доступен любому в любой точке мира. При этом студенты юридического института получили дополнительную удобную возможность встречаться с виртуальным преподавателем тогда, когда удобно, где удобно и сколько угодно. А студенты других направлений, факультетов и вузов получили возможность приобщиться той профессиональной культуре, которая существует именно в красноярской юридической клинике. У преподавателей при этом появился доступ к опыту преподавания соответствующих умений и навыков. Да, там есть блоки, посвящённые тому, как преподавать.

На сегодняшний день для поддержки курса профессиональных навыков юриста мы разработали и открыли для изучения две дистанционные программы.

Читать еще:  В Тверской области изменен региональный закон «О нарушении тишины»

Первая программа называется «Интервьюирование и консультирование для начинающих юристов». Она посвящена развитию тех основных умений, которые указаны в её названии.

Вторая программа в большей степени посвящена юридическому мышлению и деятельности. Название ей «Работа судебного юриста с гражданским делом. Некоторые основы». Проходя её, участник может ознакомиться с основами работы с доказательствами, фактами и правом, основами выработки позиции по делу. Есть в программе уроки, посвящённые некоторым практическим аспектам исследования в суде письменных доказательств, судебного допроса, выступления в прениях. В этом учебном году такой способ пострения взаимодействия с учеником проходит свою апробацию (и уже есть положительные результаты). Но уже сейчас курсы открыты, и каждый желающий может беспрепятственно обучится, пройдя по вышеуказанным ссылкам.

Но на этом мы вряд ли остановимся. Команда кураторов Юридической клиники уже взялась за разработку дистанционной программы для студентов клиницистов, которая будет вводить студентов в основы деятельности клиники. А также мы планируем в скором времени разработать программу «Профессиональная этика адвоката», которая планируется к использованию в рамках магистерской программы «Адвокат в судебном процессе».

Очень надеемся, что применение новых форм и методов позволит сделать обучение наших студентов ещё более качественным.

Доступ к юридической профессии в россии

  • Рус
  • Eng
    Хухорев Сергей Владимирович

На практике нередкой является ситуация, когда должник и кредитор имеют встречные обязательства. Если одна из сторон до проведения взаиморасчетов признается банкротом, ее контрагент не сможет осуществить зачет, поскольку это запрещено законом. Что делать кредитору, если вероятность удовлетворения его требований в банкротстве ничтожна мала? Выходом может стать инструмент, предложенный Верховным Судом – сальдирование. Сергей Хухорев, старший юрист практики банкротства Юридической фирмы «Инфралекс», расскажет о 3 критериях, которые позволят убедить суд в необходимости сальдирования обязательств сторон, и процессуальных особенностях заявления соответствующих требований.

  • Лекция
  • Давыденко Т. А.
  • Лекция

Как защититься от копирования и имитации со стороны конкурентов? Татьяна Александровна Давыденко рассматривает основные вопросы, связанные с защитой внешнего вида товаров от недобросовестной конкуренции в отсутствие зарегистрированных товарных знаков и промышленных образцов.

  • Вебинар
  • Оникиенко И. А.
  • Вебинар

Одна из самых актуальных проблем в России – получение исполнения по долгам. Особенно сложно, если должник и его активы находятся за пределами страны. Можно ли, находясь в России, организовать взыскание в международных юрисдикциях? Ирина Альбертовна Оникиенко рассказывает, как подготовить кейс по взысканию трансграничных долгов, будто он — фильм, претендующий на «Оскар».
Практикующий адвокат делится действенными механизмами поиска скрытых за границей активов контрагентов и ориентирует по особенностям процессов различных юрисдикций. Кроме того, спикер приводит множество практических выкладок о делах данной категории.

  • Лекция
  • Игнатенко А. В.
  • Лекция

Александра Владимировна Игнатенко подробно рассказывает о возможности применения исполнительной надписи нотариуса. Лектор проводит доскональный анализ правовых норм, показывает их взаимосвязь и логику изменения законодательства.

  • Вебинар
  • Шилова Ю. Л.
  • Вебинар

В большинстве случаев компании перед процедурой банкротства обращаются к юристам за консультациями для прогнозирования рисков будущего банкротства, а также сопровождением самой процедуры банкротства, если процедуру избежать не удается.

В каких случаях юрист может быть привлечен к субсидиарной ответственности?

  • Лекция
  • Винницкий Д. В.
  • Лекция

Данил Владимирович Винницкий рассказывает о судебной практике и подходах правоприменительных органов при толковании налогового законодательства, складывающихся в Российской Федерации на протяжении последних двадцати лет. Учитывают ли изменения, внесенные в статьи 7 и 312 Налогового кодекса РФ, уже устоявшиеся позиции на основе международной концепции «beneficial owner» и трактовок соглашений об избежании двойного налогообложения?

  • Вебинар
  • Солохин А. Е.
  • Вебинар

Алексей Евгеньевич Солохин разъясняет, почему и как правильно использовать судебное примирение, на какие нюансы и подводные камни нужно обратить внимание, какова практика применения новых норм процессуального законодательства, в чем отличие судебного примирения от самого судебного процесса и института медиации.
Каковы процессуальные последствия использования института судебного примирения?

  • Лекция
  • Радченко И. В.
  • Лекция

Илья Владимирович Радченко рассказывает об особенностях нотариальных действий по удостоверению сделок и о некоторых доктринальных аспектах нотариальных проверок сделок. Лектор приводит правовые позиции высших судов, разбирает сложные и противоречивые случаи из практики нотариусов.

  • Вебинар
  • Белов В. А.
  • Вебинар

Валерий Александрович Белов анализирует вынесенный на общественное обсуждение проект Федерального закона «О внесении изменения в статью 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» (в части установления запрета для продавца (исполнителя, владельца агрегатора) отказывать в заключении, изменении, расторжении или исполнении договора в связи с отказом потребителя предоставить персональные данные, а также перечня недопустимых условий договора, ущемляющих права потребителей)», в котором предпринята попытка регламентировать на законодательном уровне перечень условий, ущемляющих права потребителя.

  • Лекция
  • Пахомов А. В.
  • Лекция

Алексей Викторович Пахомов рассказывает о сложностях и проблемах, с которыми сталкиваются уполномоченные органы при муниципальном контроле. Лектор затрагивает широкий круг вопросов по проблематике — от теоретических концепций природы контрольно-надзорной деятельности до условий эффективного проведения муниципального контроля по 248-ФЗ.

  • Лекция
  • Жаркова О. А.
  • Лекция

Ольга Александровна Жаркова рассказывает о видах правовых рисков, которые могут встретиться в процессе приобретения или отчуждения земельного участка. Как защитить права на земельный участок, если выясняется, что на нем строится магистраль федерального значения?

  • Онлайн-курс
  • Мифтахутдинов Р. Т.
  • Онлайн-курс

Рустем Тимурович Мифтахутдинов рассказывает о том, что привело к появлению института субординации требований участников корпорации в банкротном праве. Лектор рассматривает модели субординации требований участников и контролирующих должника лиц, называя достоинства и недостатки каждой из них. Какая модель субординации лучше всего подходит для российского правопорядка?

  • Дискуссионная сессия
  • Дискуссионная сессия

Дискуссия посвящена анализу концепта легальной монополии применительно к интеллектуальной собственности в рамках российской правовой действительности. Так ли безбрежно-широко исключительное право?

  • Лекция
  • Винницкий Д. В.
  • Лекция

Данил Владимирович Винницкий анализирует сложившуюся судебную практику в сфере применения правил об упрощенной системе налогообложения, НДС и налоге на прибыль организаций. Лектор рассказывает, какая судебная практика сложилась применительно к статье 269 Налогового кодекса РФ о недостаточной капитализации и почему некоторые государства не используют правила о постоянном представительстве иностранной организации в своих национальных законодательствах.

  • Открытый диалог
  • Горленко А. А.,
  • Ходыкин Р. М.
  • Открытый диалог

В связи с публикацией нового комментария к Правилам Международной ассоциации юристов о получении доказательств в международном арбитраже («A Guide to the IBA Rules on the Taking of Evidence in International Arbitration», Oxford University Press, 2019 / Комментарий к Правилам международной ассоциации юристов о получении доказательств в международном арбитраже. Издательство Оксфордского университета, 2019) Роман Михайлович Ходыкин и Андрей Андреевич Горленко в открытом диалоге обсуждают вопросы толкования Правил МАЮ и их существенные различия в сравнении с законодательством стран общего и континентального права для проекта Modern Arbitration LIVE.

  • Дискуссионная сессия
  • Дискуссионная сессия

В современном мире бизнес-функция контрактного менеджмента играет все более важную роль. Ситуация с пандемией показала, насколько большие проблемы могут испытывать компании, которые не управляют на постоянной основе своими договорными отношениями. Спикеры анализируют роль контрактного менеджмента в выстраивании эффективных отношений с партнерами.

  • Лекция
  • Винницкий Д. В.
  • Лекция

Данил Владимирович Винницкий рассказывает об особенностях применения статьи 54.1 Налогового кодекса РФ и судебной практике по необоснованной налоговой выгоде, сложившейся до включения в текст Налогового кодекса РФ общей нормы о пределах осуществления налоговых прав. Лектор выделяет наиболее важные проблемы применения концепции необоснованной налоговой выгоды, которые рассматривались экспертами в рамках IX Петербургского Международного Юридического Форума.

  • Лекция
  • Суслина Е. В.
  • Лекция

Квалификация преступлений должна осуществляться с соблюдением целого ряда правил. Елена Владимировна Суслина рассказывает об общих требованиях к оформлению итоговой уголовно-правовой оценки деяния, обращает внимание на нюансы квалификации неоконченных преступлений и преступлений, совершаемых в соучастии, анализирует наиболее типичные ошибки, встречающиеся в практике.

  • Дискуссионная сессия
  • Дискуссионная сессия

Спикеры поднимают сложные вопросы правового регулирования современных цифровых медиа. Освещаются вопросы и проблемы в различных подходах к регулированию прав на произведения, созданные с помощью искусственного интеллекта, обсуждаются юридические последствия использования открытого кода.

  • Круглый стол
  • Круглый стол

Спикеры обсуждают, какое место медиация занимает в юридических практиках в России, рассматривают особый характер медиации в различных сферах. Они объясняют, что может дать медиация юристу-практику в его деятельности, и рассказывают о том, как научиться работать в рамках медиации.

  • Онлайн-курс
  • Гальперин М. Л.
  • Онлайн-курс

Исполнительное производство – один из важнейших блоков в правовой системе России.

Ежегодно взыскателями в России становятся миллионы юридических и физических лиц. На исполнении в Федеральной службе судебных приставов находится более ста миллионов производств на триллионы рублей. При этом менее 10 миллионов исполнительных производств оканчиваются фактическим исполнением.

Как практикующему юристу использовать институт исполнительного производства с наибольшей эффективностью? Защищает ли он интересы должника или взыскателя?

Михаил Львович Гальперин, автор курса, – юрист с международной репутацией, член Научно-консультативного совета при Федеральной службе судебных приставов, подробно рассказывает о процессуальных основах исполнительного производства. На конкретных примерах из судебной практики лектор раскрывает сущность таких правовых институтов, как исполнительные действия и меры принудительного исполнения, а также знакомит слушателей с механизмом ответственности и способами защиты прав в исполнительном производстве.

Преимущества членства в ОКЮР

ОКЮР — эффективная юридическая ассоциация, нацеленная на сплочение юридического сообщества и достижение интересов его членов.

Участие в работе Объединения:

  • предоставляет возможности укрепления деловых и профессиональных связей, обсуждения актуальных вопросов правоприменения и судебной практики, поиск совместных решений;
  • дает возможность принимать участие в развитии нормативной базы в областях гражданского, корпоративного, антимонопольного, трудового права, а также в сфере регулирования юридической профессии путем создания профессиональной экспертизы по вышеуказанным направлениям и установления партнерских взаимоотношений с регулирующими органами и специализированными научными и общественными организациями;
  • позволяет повысить престиж Компании в профессиональном сообществе, а также способствует продвижению интересов Компании вовне;
  • предлагает членам ОКЮР участвовать в обсуждениях законопроектов на площадках Государственной Думы РФ, ФАС России, федеральных органов исполнительной власти;
  • предоставляет возможности для повышения квалификации и развития карьеры сотрудников Компаний: участие в мастер-классах, семинарах с привлечением ведущих экспертов в соответствующей отрасли, получение систематизированной информации об обновлениях законодательства и т.п.;
  • позволяет обмениваться лучшими практиками российских и международных компаний и разработками предложений по развитию юридической профессии;
  • дает возможность получать помощь в развитии профессиональных качеств и функциональной экспертизы, повышении эффективности организации работы корпоративной юридической службы и планировании карьеры;
  • предоставляет возможность продвигать бизнес-интересы компаний, юристы которых являются членами Объединения.

Таким образом, участие в НП «ОКЮР» позволит сотрудникам Компании использовать наиболее эффективные методы юридической практики за счет сотрудничества компаний — членов партнерства. Членство в ОКЮР способствует укреплению связей с государственными структурами и обеспечивает доступ к информации о наиболее передовых юридических практиках и методах разрешения разногласий.

Также, сотрудники Компании будут иметь возможность участвовать в рабочих группах по вопросам законотворчества и посещать бесплатные семинары.

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector